Будем лечить или жить оставим?

В Кузбассе продолжают выявлять нелицензированные реабилитационные центры, где незаконно удерживают наркозависимых.

Самым ярким примером недавно стал Новокузнецк, где полицейские только в январе и феврале из-под принудительного «медико-реабилитационного» удержания освободили несколько десятков человек. Пресс-служба Следственного комитета РФ по Кемеровской области сообщила, что «правоохранители задержали 12 сотрудников центров, против них возбуждены уголовные дела по пункту «ж» части 2 статьи 127 (незаконное лишение человека свободы, совершённое в отношении двух и более лиц). Им грозит до пяти лет лишения свободы».

Повторяется ли сегодня ситуация нулевых годов, когда наиболее активные борцы с наркоманией переступали все пороги юридической ответственности вплоть до откровенного издевательства над людьми, приводившего порой даже к смерти пациентов? Чтобы разобраться в сути проблемы с негосударственными центрами реабилитации, мы обратились к Андрею Лопатину, главному врачу Кемеровского областного клинического наркологического диспансера, главному наркологу Кемеровской области и Сибирского федерального округа, доктору медицинских наук, профессору Кемеровского государственного медицинского университета.

– Андрей Анатольевич, на ваш взгляд, негосударственных центров реабилитации действительно стало больше? Если да, то почему: повышение спроса населения на подобные услуги, нехватка официальных структур или недоверие к ним, что-то другое?

– По данным правоохранительных органов, подобных незаконных центров в нашей области в пределах тридцати-сорока, хотя зафиксировать точно их количество, наверное, невозможно, так как этот процесс не регламентирован. Законодательством до сих пор не решён вопрос о том, что же такое социальная реабилитация наркозависимых. В этой сфере отсутствуют нормы и стандарты, касающиеся условий и обеспечения обследования, кадровых и многих других аспектов. Поэтому не очень порядочные люди – назовем их так – пользуются пробелами в законодательстве, чтобы в своих корыстных целях использовать как наркозависимых, так и их близких. Они, как правило, обещают родственникам какие-то совершенно невозможные результаты и вообще несбыточные вещи.

В последние годы, в соответствии с изменением структуры употребления наркотиков, у подобных организаций появилась новая услуга – вовсе криминальная. Это доставка в центр клиента-пациента без его личного согласия и насильственное удержание там, что носит название интервенции. В ряде случаев здесь участвуют и родные человека, которые могут считать, что делают благое дело. На самом деле это уголовно наказуемое деяние – похищение людей, их незаконное удержание, сопровождающееся насилием. А мы знаем, что всё, что связано с насилием, ничем хорошим закончиться не может. И уж ни о каком выздоровлении здесь говорить просто не приходится. Хотя для получения официальной медицинской помощи есть цивилизованные пути.

Сегодня в Кемеровской области в двух городах – Кемерове и Прокопьевске – имеются стационарные реабилитационные центры. Кроме того, в трёх городах (добавляется Новокузнецк) работают амбулаторные реабилитационные структуры. И в большинстве городов и районов Кузбасса действуют различные реабилитационные программы. Поэтому наркологическая реабилитационная помощь вполне доступна кузбассовцам.

– А что происходит на нелегальном рынке подобных услуг?

– Правоохранительные органы работают качественно, задерживают лиц, ущемляющих права и свободы граждан. Недавно в Новокузнецке, где из нескольких «пансионатов», работающих незаконно, освободили в целом более восьмидесяти человек, которых насильно удерживали. У меня нет данных о серьёзном увеличении количества подобных центров, хотя могу предположить, что некоторые из них периодически могут набивать съёмные квартиры наркозависимыми до состояния «сельди в бочке». Знаю, что в определённых однокомнатных или двухкомнатных квартирах содержалось до двадцати человек! Сами посудите, какой выйдет эффект, какая это реабилитация? Профессионалы неоднократно обследовали условия «лечения» нарко- или алкозависимых в таких заведениях. На самом деле там никто ни от чего не лечит. Пациентов вообще не обследуют, а ещё чаще даже не кормят. Результат – множество соматических и физиологических патологий и вытекающие из этого проблемы, которые могут весьма печально закончиться.

– Изменились ли на данный момент стандарты и порядок лечения и реабилитации наркозависимых? Как обстоят дела с участием в такой работе негосударственных центров?

– Есть федеральные критерии, регулирующие порядок предоставления социальных услуг населению. Все такие организации занесены в государственный реестр, а потому обладают правами и ресурсами, позволяющими заниматься подобной деятельностью. Есть определённые стандарты, нормы и прозрачность деятельности. К сожалению, ничего из этого не относится к работе организаций, о которых мы с вами говорим. Никакой прозрачности, никакой доступности, да и официальности-то порой нет. А там, где темно, обязательно начинаются нехорошие дела, это всем известно. Каждая организация, которая лечит наркозависимых, должна иметь соответствующую лицензию, её постоянно должны проверять государственные контролирующие органы, и нарушения законодательства там невозможны. Только соблюдение порядка и установленных правил в этой сфере, создание хороших условий, здорового питания, обеспечение полнообъёмной медицинской помощи – не только в области наркологии и психиатрии, но и при необходимости в решении соматических проблем – смогут дать положительный результат. Существует официальный ГОСТ, определяющий нормы социальной реабилитации. Но дело в том, что он лишь определяет векторы деятельности. Как пример: негосударственный центр реабилитации должен заключить договор с медицинской наркологической организацией. Но при этом он не обязан это делать, то есть условие может быть выполнено, а может и нет. И до сих пор мы в Кемеровской области не знаем ни одного негосударственного реабилитационного центра (кроме центров РПЦ), которые бы этот ГОСТ выполняли.

– Какие основные гарантии даёт пациентам лечение в профессиональных государственных медицинских учреждениях? Насколько соблюдается анонимность?

– Соблюдение указанных стандартов гарантирует качество и правильность лечебно-реабилитационных мероприятий и достижение необходимого эффекта в ходе комплексной терапии. Мы практикуем это много лет и наблюдаем прекрасные результаты, чему очень много подтверждений. Одно из самых убедительных – наши пациенты успешно работают в созданном ими же театре «Фламинго», который несколько лет является визитной карточкой реабилитационной успешности. Театр гастролирует и по области, и по стране, что говорит о креативности индивидуального подхода к пациентам. Они, преодолев зависимость, успешно реализуются в творчестве и нормальной жизни, учёбе, работе, бизнесе, да вообще во всём. Это полное медицинское и социальное выздоровление и возвращение в общество людей, умеющих жить трезво, полезно, красиво и счастливо. Это очень важно для всех нас.

Что касается анонимности лечения, то мы хорошо понимаем, что для многих клиентов этот вопрос весьма актуален, и всегда идём им навстречу. К тому же Минздрав в своё время выпустил несколько соответствующих приказов, где определил права пациентов лечиться на условиях полной анонимности. Правда, такая форма лечения – платная.

– Как Вы относитесь к учас­тию церкви в процессе реабилитации наркозависимых?

– Мы вполне успешно взаимодействуем с реабилитационными структурами, организованными Русской православной церковью. Аналогичный опыт накоплен практически во всех регионах нашей страны, и Кемеровская область показывает себя вполне успешно. Мы рекомендуем пациентам пользоваться услугами реабилитационных центров РПЦ без страха и сомнений, поскольку давно сотрудничаем и знаем их компетентность. Это хороший пример государственно-общественного партнёрства в реализации важного социального проекта.
Сергей ВОЛКОВ.